«Обезличу вежливо, даже пальцем не трону».

"Доченька, как мне весом своего мнения возвеличиться над тобой? Как вытеснить твои чувства и мысли, твою непохожесть на меня, ведь ты - мой ребенок, и я убеждена, что мой ребенок – это моя собственность. Как мне обуздать тебя с этими твоими дикими поползновениями владычествовать в своей голове? Как мне показать тебе, что владычествовать в твоей голове должна я, а не ты?

Тогда я могу увеличить, приумножить себя аргументом, что мир и я думаем вот так, одинаково. Одна ты не думаешь так, как Мы. То есть, я подавляю тебя через создание себя как громадного весомого образа, который называется «МЫ». Я и какие-то якобы другие люди – это МЫ. А ты – одна. Маленькая беспомощная «ты». МЫЫЫЫ и ты – силы несоизмеримые. Ты – ноль, а Я, которая МЫ – безоговорочное торжество власти над тобой.

Это всё, что я хочу трепетно донести до тебя, доча. Я же не бью тебя, я же физической силой никогда не вколачивала в тебя столь простую истину: Я – это МЫЫЫЫ! А ты – это всего лишь ты. Это же так просто понять, деточка, а ты меня даже не благодаришь за то, что я никогда не вбивала в тебя это знание рукоприкладством! Ну что тебе мешает просто согласиться с этим безмолвно, без противления. Ну что изменилось-то, моя хорошая?

Ведь прежде, когда ты была маленькой, ты верила, что моя одержимая жажда владеть, управлять тобой – это и есть забота. Почему же теперь, когда ты выросла и взбунтовалась, я никак не могу убедить тебя, что наши отношения, где Я-это МЫЫЫ, а ты возле меня – ничтожная покорная ты, это и есть наивысшая форма выражения любви мамы к ребенку. Солнышко, ну как ты могла усомниться в том, что всё это и есть истинная родительская любовь?"